Историко-приключенческие романы и психологические детективы писательницы Александры Кравченко
Главная
Об авторе
Романы
Стихи
Рецензии
Интервью
Контакты с автором
Контакты
Гостевая
Карта сайта
Наши друзья




 Рейтинг@Mail.ru


редко. В этот день она лишь затем пришла на торговую площадь, чтобы помочь молодому художнику Феофану купить краски у иноземных купцов. Евпраксия много повидала во время горестных скитаний по Европе, а от отца своего, князя Всеволода, унаследовала способности к языкам. Потому и не было у монастырских иконописцев и книжников лучшего советчика, чем эта некогда знатная, а теперь всеми забытая женщина.

    Феофан, спутник Евпраксии, учился своему мастерству у греческих художников и украсил рисунками множество книг, а теперь расписывал церковь при монастыре, где жила Евпраксия. Бог дал ему талант, но не отпустил даже крупицы внешней привлекательности. Феофан был некрасив до безобразия и, к тому же, горбат. Правда, горб он получил не в раннем возрасте, а потому не был, как большинство горбунов, маленького роста, а скорее – среднего.

      Евпраксия и Феофан знали Надежду: она иногда приносила посуду в монастырь. Слышали они  и о Глебе, а Евпраксия даже была с ним знакома несколько лет назад.

    * Не нравится мне, что он эту девочку смущает, – пробормотала она как бы про себя. – Надежда совсем еще ребенок, а Глеб…

    Феофану это тем более не нравилось – он ведь тайно и без всякой надежды на взаимность был влюблен в молоденькую дочь гончара. Теперь Феофан угрюмо молчал, не сводя пристального взгляда с князя и девушки.

    Появился гончар Вышата и стал сурово выговаривать дочери:

    * Я тебя послал посудой торговать, а не с приезжими молодцами любезничать! Не гоже честной девушке так себя вести.

    * Но что я сделала? – растерялась Надежда. – Я же не виновата…

    * Зачем ты дочь свою ругаешь, гончар? – вступился за нее Глеб. – Это я к ней подошел и на разговор ее вызвал.

    * Ты, я слыхал, – князь? – обратился к нему Вышата. – А моя дочь – не княжна и не боярышня. О чем тебе с ней толковать? Хочешь посуду купить – покупай, но голову девушке не кружи. А ты, дочка, сама должна понимать, что князь – тебе не ровня. Доброе имя легко потерять, если вести себя без оглядки. Иди домой, Надежда, тут тебе не место.

    Девушка вздохнула и, украдкой оглянувшись на Глеба, пошла с площади. После ее ухода князь сразу же потерял интерес к гончарным изделиям и, повернувшись спиной к Вышате, удалился прочь. Через несколько шагов он столкнулся с Евпраксией и Феофаном.

    * Вижу, сударь мой, ты привычек своих не поменял, – сурово сказала Евпраксия, преграждая ему путь. – Все так же любишь хвост распускать, словно райская птица павлин. Да только вот что я тебе скажу: ищи ягоды на своем поле, а невинную душу не тронь.

    Глеб не сразу узнал в строгой монахине дочь великого князя. Несколько мгновений он изумленно всматривался в ее черты, а потом воскликнул:

    * Ты ли это, Евпраксия Всеволодовна?! А я уж года два назад слышал, что ты умерла.

    * Да, появлялись такие слухи, когда я ходила к святым местам. Но я умерла только для мирской жизни. Люди обо мне почти забыли, зато Господь, наконец, вспомнил.

    * Так ты теперь уединилась в монастыре и замаливаешь свои грехи? – усмехнулся князь.

    Евпраксия не обратила внимания на его насмешку и все так же сурово сказала:

    * Кто в чем грешен – о том Богу судить. А ты, сударь, уходи от греха подальше и не смей искушать эту девочку, Надежду, иначе я всем расскажу, какой ты хвастун и распутник.

    * Не тебе, сударыня, меня упрекать! – воскликнул Глеб, молодцевато подбоченясь. – Распутником меня называешь, а сама-то ты кто? Уж так прославилась повсюду, что даже скоморохи о тебе поют. И не только у нас. Я недавно ездил с посольством